/ Материалы / Сочинения ЕГЭ / Сохранение человеческого достоинства на войне..

Сохранение человеческого достоинства на войне..


Сочинение по тексту:


Жизнь порой преподносит нам уроки тогда, когда мы и не ждём этого. Бывают ситуации, когда вдруг то, что ты видишь, оборачивается к тебе совершенно другой стороной, и ты получаешь нравственный урок на всю жизнь.

Вот такую ситуацию рассматривает замечательный писатель Виктор Астафьев в данном отрывке. Как сохранить человеческое достоинство и великодушие на войне? Над этой проблемой рассуждает автор.

Он описывает эпизод из жизни молодого бойца, страдающего от голода. Вместе с пожилым солдатом они хлебают из одного котелка жижу, которую и едой-то назвать трудно. Герой Астафьева одержим одной мыслью — съесть как можно больше, не думая о напарнике. Читатель и сочувствует герою, который от голода перестал думать по-человечески, и осуждает его эгоизм. Несобственно-прямая речь помогает понять все эмоции молодого бойца, который лишь страшным усилием сдерживает себя, чтобы не съесть всё. А поведение пожилого бойца преподносит юноше урок: он ест с достоинством, оставляя большую часть молодому. Когда молодой боец посмотрел ему в глаза, он увидел «всепонимание и усталую мудрость, что готова и к всепрощению, и к снисходительности». Пожилой боец не менее голоден, но он проявляет великодушие, благородство, преподнося тем самым молодому человеку нравственный урок.

Позиция автора мне понятна: и на войне, и в мирной жизни человек должен оставаться человеком, сохранять в себе достоинство, благородство, великодушие.

Я разделяю эту точку зрения писателя, потому что надо оставаться человеком в любой ситуации.

Литература о Великой Отечественной войне даёт нам прекрасные образцы благородства и великодушия. Например, в рассказе М. Шолохова «Судьба человека» герой, Андрей Соколов, и в лагере смерти остаётся благородным, великодушным человеком. После нравственного поединка с начальником лагеря Мюллером, из которого он выходит победителем, потому что не струсил, не сломался, ему дают буханку хлеба и кусок сала. Он может съесть это всё сам, и никто бы и не упрекнул его, но он приходит в барак и говорит: «Разделить всем поровну». Пусть каждому достался маленький кусочек, но никто не был обижен. В этом эпизоде в который раз проявилось достоинство героя, его нравственное благородство.

В повести В. Закруткина «Матерь человеческая» Мария, героиня произведения, взяла на себя заботу о чужих детях, воспитывала их как своих, спасла их, стала им матерью.

Сейчас нет войны, но много людей нуждаются в нашей помощи и поддержке. Не надо бояться проявить своё великодушие по отношению к ним, помогая людям, сам становишься человеком.


Текст Виктор Астафьева:


(1)Шёл май сорок третьего года. (2)На отдыхе нам выдали к обеду один котелок на двоих.  (3)Суп был сварен с макаронами, и в мутной глубине котелка невнятно что-то белело. (4)В пару со мной угодил пожилой боец. (5)Мы готовились похлебать горячей еды, которую  получали редко.  (6)Мой напарник вынул из тощего вещмешка ложку, и сразу я упал духом: большая    
(7)Я засуетился было, затаскал свою узкорылую ложку туда да обратно, как вдруг заметил, что напарник мой не спешит и своей ложкой не злоупотребляет. (8)Зачерпывать-то он зачерпывал во всю глубину ложки, но потом, как бы ненароком, задевал за котелок, из ложки выплёскивалась половина обратно, и оставалось в ней столько же мутной жижицы, сколько и в моей ложке, может, даже и поменьше.

(9)В котелке оказалась одна макаронина. (10)Одна на двоих. (11)Длинная, из довоенного теста, может, и из самой Америки, со «второго фронта». (12)Мутную жижицу мы перелили ложками в себя, и она не утолила, а лишь сильнее возбудила голод. (13)Ах, как хотелось мне сцапать ту макаронину, не ложкой, нет, с ложки она соскользнёт обратно, шлёпнется в котелок, рукою мне хотелось её сцапать — и в рот!

(14)Если бы жизнь до войны не научила меня сдерживать свои порывы и вожделения, я бы, может, так и сделал: схватил, заглотил, и чего ты потом со мной сделаешь? (15)Ну, завезёшь по лбу ложкой, ну, может, пнёшь и скажешь: «Шакал!»

(16)Я отвернулся и застланными великим напряжением глазами смотрел на окраины древнего городка, ничего перед собой не видя. (17)В моих глазах жило одно лишь трагическое видение — белая макаронина...

(18)Раздался тихий звук. (19)Я вздрогнул и обернулся, уверенный, что макаронины давно уж на свете нет... (20)Но она лежала, разваренная, и, казалось мне, сделалась ещё дородней и привлекательней своим царственным телом.

(21)Мой напарник первый раз пристально глянул на меня — и в глубине его усталых глаз я заметил какое-то всё-понимание и усталую мудрость, что готова и ко всепрощению, и к снисходительности. (22)Он молча же своей зазубренной ложкой раздвоил макаронину, но не на равные части, и я затрясся внутри от бессилия и гнева: ясное дело, конец макаронины, который подлиньше, он загребёт себе.

(23)Но деревянная ложка коротким толчком подсунула к моему краю именно ту часть макаронины, которая была длиньше.

(24)Напарник мой безо всякого интереса, почти небрежно забросил в рот макаронину, облизал ложку, сунул её в вещмешок и ушёл куда-то. (25)В спине его серой, в давно небритой, дегтярно чернеющей шее, в кругло и серо обозначенном стриженом затылке чудилось мне всесокрушающее презрение.

(26)И никогда, нигде я его более не встретил, но и не забыл случайного напарника по котелку, не забыл на ходу мне преподанного урока, может, самого справедливого, самого нравственного из всех уроков, какие преподала мне жизнь.

(По В. Астафьеву)


Есть вопросы? Задайте на форуме




Похожие материалы:
Нашли ошибку на сайте? Напишите нам
Поделитесь в социальных сетях

Комментарии 0

avatar
Мы Вконтакте

Наверх